Камола (имя изменено) окончила Ташкентский государственный университет узбекского языка и литературы имени Алишера Навои. Владеет английским языком (IELTS 5.5), профессионально занимается монтажом и имеет опыт перевода фильмов с английского языка. Активно ищет работу уже четыре месяца, но безрезультатно. Пробовала работать в сфере фастфуда, однако из-за жары и испарений масла это оказалось вредным для её зрения, поэтому ей пришлось уйти. Найти работу за компьютером или в офисе для нее по-прежнему проблема.
Азиз (имя изменено) окончил университет по специальности «Информационные технологии». Обращался на Arguz.uz по вопросам трудоустройства, ему рекомендовали несколько вакансий, но он не смог устроиться и вернулся в родной регион. Через 3–4 месяца, при повторном контакте, он сообщил, что так и не нашел работу по месту проживания и снова планирует вернуться в Ташкент. После возвращения ему предложили другие вакансии, однако он отказался от работы на производстве и не имел достаточной квалификации для работы в полиграфии, а работодатели не были готовы обучать. В итоге он вновь был вынужден вернуться в регион.
О чем говорится в Замечании Комитета о правах инвалидов
Люди с инвалидностью сталкиваются с барьерами при реализации права на труд и занятость на открытом рынке, об этом говорится в Замечании общего порядка №8 о праве людей с инвалидностью на труд и занятость. Им присущи высокий уровень безработицы, более низкая заработная плата, отсутствие стабильности, недоступность рабочей среды и крайне редкое назначение на руководящие должности. Эти барьеры ещё выше для женщин с инвалидностью. Во многих случаях труд людей с инвалидностью осуществляется без официальных договоров, что исключает их из системы социального обеспечения.
В традиционных моделях инвалидности люди рассматриваются не как обладатели прав, а как носители патологий. Между тем право на справедливые и благоприятные условия труда принадлежит всем работникам с инвалидностью независимо от типа нарушения здоровья, гендера, возраста, миграционного статуса или сектора занятости.
Выплата заработной платы ниже минимальной на основании инвалидности не может быть оправдана ни при каких обстоятельствах, говорится в замечании.
Государствам следует анализировать прямые и косвенные барьеры карьерного роста, особенно для женщин с инвалидностью, вводить объективные стандарты найма и продвижения, расширять присутствие сотрудников с инвалидностью в государственном секторе, а также применять меры позитивных действий — в том числе преференции в госзакупках предприятиям, нанимающим людей с инвалидностью, субсидии на адаптацию рабочих мест и поддержку заработной платы.
Для реализации права на труд государство обязано закрепить его в правовой системе, принять национальную политику и детальный план действий с выделением ресурсов и участием самих людей с инвалидностью.
Социальная защита должна обеспечивать равный доступ безработным с инвалидностью, а такие понятия, как «нетрудоспособность» и «пригодность к работе», не должны быть встроены в дизайн систем защиты.
В соответствии с Конвенцией о правах инвалидов государствам необходимо пересмотреть законодательство и практики в сфере занятости, отменить дискриминационные нормы, разработать кодекс практики по недискриминации в трудоустройстве, а также внедрять национальные стратегии с индикаторами и механизмами мониторинга, включая учёт множественной и перекрестной дискриминации, которой особенно подвержены женщины и девочки с инвалидностью, говорится в замечании.
Вместо заключения
В прошлом году предприниматели трудоустроили 40 тысяч людей с инвалидностью. Такие цифры были озвучены на совещании президента Узбекистана 14 декабря 2024 года. Однако координатор проекта по трудоустройству людей с инвалидностью Ish Plus Дильмурод Юсупов отмечал, что «очень сложно верится в эти цифры».
На запрос журналиста, направленный 16 декабря 2024 года в Национальное агентство социальной защиты с просьбой предоставить данные о трудоустройстве лиц с инвалидностью в разбивке по регионам, отраслям и профессиям за этот год, ответа мы так и не получили.
Истории Камолы и Азиза — это не частные, а системные случаи, иллюстрирующие структурные барьеры, с которыми сталкиваются люди с инвалидностью при попытке реализовать право на труд. Даже обладая образованием, профессиональными навыками и мотивацией, они оказываются исключенными из рынка труда — из-за отсутствия доступных условий, отказа работодателей обучать, отсутствия гибких форм занятости и дискриминационных представлений о трудоспособности людей с инвалидностью.
Эти случаи подтверждают выводы Замечания общего порядка № 8: без изменений в правовой базе, без обязательного внедрения недискриминационных стандартов, без позитивных мер и участия самих людей с инвалидностью в формировании политики — право на труд останется недостижимым на практике.
Реализация права на труд для людей с инвалидностью — это не вопрос социальной помощи, а обязательство государства и работодателей обеспечивать равные условия и устранять барьеры. Пока это обязательство выполняется фрагментарно и декларативно, истории вроде истории Камолы и Азиза будут повторяться. Только переход от деклараций к конкретным механизмам, ресурсам и контролируемым обязательствам может превратить право на труд из юридической нормы — в реальную возможность.
Дана Опарина
Азиз (имя изменено) окончил университет по специальности «Информационные технологии». Обращался на Arguz.uz по вопросам трудоустройства, ему рекомендовали несколько вакансий, но он не смог устроиться и вернулся в родной регион. Через 3–4 месяца, при повторном контакте, он сообщил, что так и не нашел работу по месту проживания и снова планирует вернуться в Ташкент. После возвращения ему предложили другие вакансии, однако он отказался от работы на производстве и не имел достаточной квалификации для работы в полиграфии, а работодатели не были готовы обучать. В итоге он вновь был вынужден вернуться в регион.
О чем говорится в Замечании Комитета о правах инвалидов
Люди с инвалидностью сталкиваются с барьерами при реализации права на труд и занятость на открытом рынке, об этом говорится в Замечании общего порядка №8 о праве людей с инвалидностью на труд и занятость. Им присущи высокий уровень безработицы, более низкая заработная плата, отсутствие стабильности, недоступность рабочей среды и крайне редкое назначение на руководящие должности. Эти барьеры ещё выше для женщин с инвалидностью. Во многих случаях труд людей с инвалидностью осуществляется без официальных договоров, что исключает их из системы социального обеспечения.
В традиционных моделях инвалидности люди рассматриваются не как обладатели прав, а как носители патологий. Между тем право на справедливые и благоприятные условия труда принадлежит всем работникам с инвалидностью независимо от типа нарушения здоровья, гендера, возраста, миграционного статуса или сектора занятости.
Выплата заработной платы ниже минимальной на основании инвалидности не может быть оправдана ни при каких обстоятельствах, говорится в замечании.
Государствам следует анализировать прямые и косвенные барьеры карьерного роста, особенно для женщин с инвалидностью, вводить объективные стандарты найма и продвижения, расширять присутствие сотрудников с инвалидностью в государственном секторе, а также применять меры позитивных действий — в том числе преференции в госзакупках предприятиям, нанимающим людей с инвалидностью, субсидии на адаптацию рабочих мест и поддержку заработной платы.
Для реализации права на труд государство обязано закрепить его в правовой системе, принять национальную политику и детальный план действий с выделением ресурсов и участием самих людей с инвалидностью.
Социальная защита должна обеспечивать равный доступ безработным с инвалидностью, а такие понятия, как «нетрудоспособность» и «пригодность к работе», не должны быть встроены в дизайн систем защиты.
В соответствии с Конвенцией о правах инвалидов государствам необходимо пересмотреть законодательство и практики в сфере занятости, отменить дискриминационные нормы, разработать кодекс практики по недискриминации в трудоустройстве, а также внедрять национальные стратегии с индикаторами и механизмами мониторинга, включая учёт множественной и перекрестной дискриминации, которой особенно подвержены женщины и девочки с инвалидностью, говорится в замечании.
Вместо заключения
В прошлом году предприниматели трудоустроили 40 тысяч людей с инвалидностью. Такие цифры были озвучены на совещании президента Узбекистана 14 декабря 2024 года. Однако координатор проекта по трудоустройству людей с инвалидностью Ish Plus Дильмурод Юсупов отмечал, что «очень сложно верится в эти цифры».
На запрос журналиста, направленный 16 декабря 2024 года в Национальное агентство социальной защиты с просьбой предоставить данные о трудоустройстве лиц с инвалидностью в разбивке по регионам, отраслям и профессиям за этот год, ответа мы так и не получили.
Истории Камолы и Азиза — это не частные, а системные случаи, иллюстрирующие структурные барьеры, с которыми сталкиваются люди с инвалидностью при попытке реализовать право на труд. Даже обладая образованием, профессиональными навыками и мотивацией, они оказываются исключенными из рынка труда — из-за отсутствия доступных условий, отказа работодателей обучать, отсутствия гибких форм занятости и дискриминационных представлений о трудоспособности людей с инвалидностью.
Эти случаи подтверждают выводы Замечания общего порядка № 8: без изменений в правовой базе, без обязательного внедрения недискриминационных стандартов, без позитивных мер и участия самих людей с инвалидностью в формировании политики — право на труд останется недостижимым на практике.
Реализация права на труд для людей с инвалидностью — это не вопрос социальной помощи, а обязательство государства и работодателей обеспечивать равные условия и устранять барьеры. Пока это обязательство выполняется фрагментарно и декларативно, истории вроде истории Камолы и Азиза будут повторяться. Только переход от деклараций к конкретным механизмам, ресурсам и контролируемым обязательствам может превратить право на труд из юридической нормы — в реальную возможность.
Дана Опарина